Предыдущая страница| 0144 |Следующая страница || || К оглавлению
СВОБОДНАЯ КУЛЬТУРА
144
©
ЛОУРЕНС ЛЕССИГ «СВОБОДНАЯ КУЛЬТУРА»
наизусть, мое действие совершенно не контролировалось бы законом 1790
года. Если бы я поставил пьесу, в основе которой лежит ваш роман, перевел
бы или сократил его, ни одно из этих действий никак не контролировалось
первым законом об авторском праве. Эта творческая деятельность остава-
лась свободной, в то время как действия издателей ограничивались.
Теперь ситуация другая: если вы напишете книгу, она автоматически защи-
щена. И, на самом деле, не только книга. Каждый e-mail, каждая записка ва-
шей супруге, каждая закорючка, всякое творческое действие, облеченное в
реальную форму, автоматически подпадает под защиту авторского права.
Нет необходимости регистрировать или помечать свою работу. Защита сле-
дует непосредственно за созданием, вам ничего не нужно предпринимать,
чтобы защитить свое произведение.
Эта защита дает вам право контролировать (за исключением узкого круга
разрешенных видов использования) то, как другие копируют вашу работу,
вне зависимости, делают ли они это для того чтобы переиздать или проци-
тировать.
Тут все ясно. Всякая система копирайта контролировала конкурентные пуб-
ликации. Но есть и оборотная сторона сегодняшнего копирайта, которая да-
леко не так очевидна. Это защита «производных прав». Если вы напишете
книгу, никто не сможет снять по ней кино без вашего разрешения. Никто не
сможет перевести ее без разрешения. CliffsNotes не сможет сократить ее, ес-
ли на то нет соответствующего соизволения. Все эти производные примене-
ния работы контролируются правообладателем. Иными словами, сейчас ко-
пирайт — не просто исключительное право на произведение, но и эксклю-
зивное право на большую часть работ, созданных по мотивам.
Это производное право показалось бы весьма странным составителям на-
шей Конституции, хотя для нас оно стало второй натурой. Изначально такое
расширение полномочий создавалось для борьбы с очевидными нарушени-
ями копирайта в узком его понимании. Вдруг я напишу книгу, а вы поменя-
ете в ней одно слово и потом заявите о своем авторском праве на новую,
другую книгу. Ясно, что такая ситуация превратила бы авторское право в
фарс, поэтому закон следовало должным образом расширить, чтобы вклю-
чить в него эти незначительные модификации точно так же, как и букваль-
ное посягательство на оригинальное произведение.
Для устранения данного недоразумения закон породил на свет безгранич-
ную власть в сфере свободной культуры. По меньшей мере, удивляешься,
сознавая, что закон применим не только к коммерческому издателю, но и к
любому человеку с компьютером. Я понимаю, что копировать и продавать
чью-то работу плохо. Но как бы неправильно это ни было, переделка чужого
произведения — иное зло. Некоторые не видят в переделке совсем ничего
плохого. Они полагают, что наш закон, каким его прописали наши отцы-ос-
нователи, вообще не должен обеспечивать производные права
1 34
. Зайдете
134 Jonathan Zittrain, «The Copyright Cage», Legal Affairs, июль/август 2003,
http://www.legalaffairs.org/issues/July-August-2003/feature_zittrain_julaug03.html.